Guerra para crecer

A juzgar por la historia mundial desde mediados del siglo 20 el estado profundo de EEUU es propenso a pensar en la guerra como método para salir de los problemas económicos. Segunda guerra Mundial, guerra de Korea, guerra de Vietnam, primer guerra del golfo, segunda guerra en Irak, Afganistán, y ahora Irán, sin contar las innumerables colaboraciones en otros conflictos: Israel- Palestina - Líbano, innumerables golpes de estado militares, cívicos, primaveras árabes, es decir el conflicto es el sostén de la primacía del gigante del norte. Trump había venido a barrer con eso, para concentrarse en la guerra económica con China, sin embargo, luego de aquella bala que le lastimó la oreja, Trump cambió y así estamos ahora, inmersos en un conflicto sin final, que promete modificar la forma en la que se comercia el petróleo. Se habla de que Ormuz ya no va a ser importante: será reemplazado por algunos oleo y gaso-ductos que pasarán por Israel. Es más a juzgar por casi todos los movimientos, todo estaba pensado desde hace varios años el tratado firmado en tiempos de Obama, que luego el primer Trump dió por tierra, para que Iran tenga el incentivo para enriquecer Uranio por demás, lo que justificó este último ataque del 28 de febrero. El estado profundo parece indicar un único camino: el de la guerra para que la economía yanqui no decrezca, sin importar el precio. A decir verdad nunca les importó el precio: Hiroshima y Nagasaki son muestra de ello. La guerra es lo que mantiene vivos los imperios, pero, también la historia es testigo de ello: suele marcar el fin de los mismos. Estamos en una época interesante, de eso no hay duda. Veremos si seremos testigos de la caída o del resurgimiento del útlimo gran imperio. Judging by world history since the mid-20th century, the US "deep state" is inclined to view war as a way out of economic troubles. World War II, the Korean War, the Vietnam War, the first Gulf War, the second Iraq War, Afghanistan, and now Iran—not to mention countless involvements in other conflicts like Israel-Palestine-Lebanon, innumerable military and civilian coups, and the Arab Springs—demonstrate that conflict underpins the primacy of the giant of the North. Trump had arrived intending to sweep all that away and focus on the economic war with China; however, after the bullet grazed his ear, he changed course. Now, we find ourselves immersed in an endless conflict that promises to alter the way oil is traded. There is talk that the Strait of Hormuz will lose its importance, replaced by oil and gas pipelines running through Israel. Moreover, judging by almost every move made, this appears to have been planned years in advance: the treaty signed during the Obama era—which Trump later scrapped—gave Iran the incentive to enrich uranium excessively, thereby justifying this latest attack on February 28. The deep state seems to point to a single path—war—to prevent the US economy from contracting, regardless of the cost. In truth, the cost never mattered to them; Hiroshima and Nagasaki are proof of that. War keeps empires alive, yet history also bears witness to the fact that it often marks their end. We are living in interesting times, there is no doubt about that. We shall see whether we witness the fall or the resurgence of the last great empire. Если судить по мировой истории со второй половины XX века, американское «глубинное государство» склонно рассматривать войну как способ выхода из экономических трудностей. Вторая мировая война, войны в Корее и Вьетнаме, первая война в Персидском заливе, вторая война в Ираке, Афганистан, а теперь и Иран — не говоря уже о бесчисленных вмешательствах в другие конфликты (например, израильско-палестино-ливанский), о множестве военных и гражданских переворотов и «арабской весне», — всё это свидетельствует о том, что именно конфликты лежат в основе доминирования «северного гиганта». Трамп пришел к власти с намерением покончить с этой практикой и сосредоточиться на экономической войне с Китаем, однако после того, как пуля задела его ухо, он сменил курс. Теперь мы оказались втянуты в бесконечный конфликт, который грозит изменить саму систему торговли нефтью. Ходят разговоры о том, что Ормузский пролив утратит свое значение, уступив место нефте- и газопроводам, проходящим через территорию Израиля. Более того, судя по практически каждому шагу, этот сценарий, похоже, был спланирован за много лет вперед: соглашение, подписанное при Обаме (и впоследствии аннулированное Трампом), подтолкнуло Иран к чрезмерному обогащению урана, что и послужило предлогом для недавнего удара, нанесенного 28 февраля. Похоже, «глубинное государство» видит лишь один путь — войну, — чтобы любой ценой предотвратить спад американской экономики. Впрочем, цена их никогда не волновала; примером тому служат Хиросима и Нагасаки. Война продлевает жизнь империям, но история также свидетельствует о том, что она часто становится и их концом. Мы живем в интересные времена — в этом нет сомнений. Посмотрим, станем ли мы свидетелями падения или возрождения последней великой империи. Yesli sudit' po mirovoy istorii so vtoroy poloviny XX veka, amerikanskoye «glubinnoye gosudarstvo» sklonno rassmatrivat' voynu kak sposob vykhoda iz ekonomicheskikh trudnostey. Vtoraya mirovaya voyna, voyny v Koreye i V'yetname, pervaya voyna v Persidskom zalive, vtoraya voyna v Irake, Afganistan, a teper' i Iran — ne govorya uzhe o beschislennykh vmeshatel'stvakh v drugiye konflikty (naprimer, izrail'sko-palestino-livanskiy), o mnozhestve voyennykh i grazhdanskikh perevorotov i «arabskoy vesne», — vso eto svidetel'stvuyet o tom, chto imenno konflikty lezhat v osnove dominirovaniya «severnogo giganta». Tramp prishel k vlasti s namereniyem pokonchit' s etoy praktikoy i sosredotochit'sya na ekonomicheskoy voyne s Kitayem, odnako posle togo, kak pulya zadela yego ukho, on smenil kurs. Teper' my okazalis' vtyanuty v beskonechnyy konflikt, kotoryy grozit izmenit' samu sistemu torgovli neft'yu. Khodyat razgovory o tom, chto Ormuzskiy proliv utratit svoye znacheniye, ustupiv mesto nefte- i gazoprovodam, prokhodyashchim cherez territoriyu Izrailya. Boleye togo, sudya po prakticheski kazhdomu shagu, etot stsenariy, pokhozhe, byl splanirovan za mnogo let vpered: soglasheniye, podpisannoye pri Obame (i vposledstvii annulirovannoye Trampom), podtolknulo Iran k chrezmernomu obogashcheniyu urana, chto i posluzhilo predlogom dlya nedavnego udara, nanesennogo 28 fevralya. Pokhozhe, «glubinnoye gosudarstvo» vidit lish' odin put' — voynu, — chtoby lyuboy tsenoy predotvratit' spad amerikanskoy ekonomiki. Vprochem, tsena ikh nikogda ne volnovala; primerom tomu sluzhat Khirosima i Nagasaki. Voyna prodlevayet zhizn' imperiyam, no istoriya takzhe svidetel'stvuyet o tom, chto ona chasto stanovitsya i ikh kontsom. My zhivem v interesnyye vremena — v etom net somneniy. Posmotrim, stanem li my svidetelyami padeniya ili vozrozhdeniya posledney velikoy imperii. 纵观20世纪中叶以来的世界历史，美国的“深层政府”倾向于将战争视为摆脱经济困境的途径。从第二次世界大战、朝鲜战争、越南战争、第一次海湾战争、第二次伊拉克战争、阿富汗战争，再到如今的伊朗局势——更不必说卷入巴以黎冲突、无数次军政政变以及“阿拉伯之春”等各类事件——这一切都表明，冲突是维系这个北方巨头霸权地位的基石。特朗普上台之初，本意是扫除这些旧有格局，专注于与中国的经济战；然而，在子弹擦伤其耳部之后，他改变了策略。如今，我们正深陷一场旷日持久的冲突之中，而这场冲突极有可能改变石油贸易的格局。有传言称，霍尔木兹海峡将失去其重要地位，取而代之的将是途经以色列的油气管道。此外，从种种迹象来看，这一切似乎早在数年前便已筹谋已久：奥巴马时期签署（后被特朗普废除）的协议，诱使伊朗过度进行铀浓缩活动，从而为2月28日发动的最新一轮袭击提供了借口。为了防止美国经济萎缩，深层政府似乎认定只有战争这一条路可走，且不惜为此付出任何代价。事实上，代价对他们而言从未被放在心上——广岛和长崎的惨剧便是明证。战争虽能延续帝国的生命，但历史也见证了它往往预示着帝国的终结。毫无疑问，我们正身处一个充满变数的时代。至于我们将见证这最后一个伟大帝国的衰落抑或复兴，且让我们拭目以待。 Zòng guān 20 shìjì zhōngyè yǐlái de shìjiè lìshǐ, měiguó de “shēncéng zhèngfǔ” qīngxiàng yú jiāng zhànzhēng shì wéi bǎituō jīngjì kùnjìng de tújìng. Cóng dì èr cì shìjiè dàzhàn, cháoxiǎn zhànzhēng, yuènán zhànzhēng, dì yī cì hǎiwān zhànzhēng, dì èr cì yīlākè zhànzhēng, āfùhàn zhànzhēng, zài dào rújīn de yīlǎng júshì——gèng bùbì shuō juàn rù bā yǐ lí chōngtú, wúshù cì jūnzhèng zhèngbiàn yǐjí “ālābó zhī chūn” děng gè lèi shìjiàn——zhè yīqiè dōu biǎomíng, chōngtú shì wéixì zhège běifāng jùtóu bàquán dìwèi de jīshí. Tè lǎng pǔ shàngtái zhī chū, běnyì shì sǎochú zhèxiē jiù yǒu géjú, zhuānzhù yú yǔ zhōngguó de jīngjì zhàn; rán'ér, zài zǐdàn cā shāng qí ěr bù zhīhòu, tā gǎibiànle cèlüè. Rújīn, wǒmen zhèngshēn xiàn yī chǎng kuàngrìchíjiǔ de chōngtú zhī zhōng, ér zhè chǎng chōngtú jí yǒu kěnéng gǎibiàn shíyóu màoyì de géjú. Yǒu chuányán chēng, huò ěr mù zī hǎixiá jiāng shīqù qí zhòngyào dìwèi, qǔ'érdàizhī dì jiāng shì tújīng yǐsèliè de yóuqì guǎndào. Cǐwài, cóng zhǒngzhǒng jìxiàng lái kàn, zhè yīqiè sìhū zǎo zài shù nián qián biàn yǐ chóumóu yǐ jiǔ: Àobāmǎ shíqí qiānshǔ (hòu bèi tè lǎng pǔ fèichú) de xiéyì, yòu shǐ yīlǎng guòdù jìnxíng yóu nóngsuō huódòng, cóng'ér wéi 2 yuè 28 rì fādòng de zuìxīn yī lún xíjí tígōngle jièkǒu. Wèile fángzhǐ měiguó jīngjì wěisuō, shēncéng zhèngfǔ sìhū rèndìng zhǐyǒu zhànzhēng zhè yītiáo lù kě zǒu, qiě bùxī wèi cǐ fùchū rènhé dàijià. Shìshí shàng, dàijià duì tāmen ér yán cóng wèi bèi fàng zàixīn shàng——guǎngdǎo hé cháng qí de cǎnjù biàn shì míngzhèng. Zhànzhēng suī néng yánxù dìguó de shēngmìng, dàn lìshǐ yě jiànzhèngle tā wǎngwǎng yùshìzhe dìguó de zhōngjié. Háo wú yíwèn, wǒmen zhèng shēn chǔ yīgè chōngmǎn biàn shǔ de shídài. Zhìyú wǒmen jiāng jiànzhèng zhè zuìhòu yīgè wěidà dìguó de shuāiluò yìhuò fùxīng, qiě ràng wǒmen shìmùyǐdài. À en juger par l'histoire mondiale depuis le milieu du XXe siècle, l'« État profond » américain a tendance à envisager la guerre comme un moyen de surmonter les difficultés économiques. Seconde Guerre mondiale, guerre de Corée, guerre du Vietnam, première guerre du Golfe, seconde guerre en Irak, Afghanistan et maintenant l'Iran — sans compter les innombrables interventions dans d'autres conflits (Israël-Palestine-Liban), les multiples coups d'État (militaires ou civils) et les Printemps arabes : le conflit constitue le pilier de la suprématie du géant du Nord. Trump était arrivé avec l'intention de rompre avec cette logique pour se concentrer sur la guerre économique contre la Chine ; toutefois, après la balle qui a touché son oreille, il a changé d'attitude. Nous nous retrouvons donc plongés dans un conflit sans fin, susceptible de bouleverser les modalités du commerce pétrolier. Il est question de rendre le détroit d'Ormuz obsolète, au profit d'oléoducs et de gazoducs traversant Israël. Qui plus est, à en juger par la plupart des manœuvres, tout semble avoir été planifié depuis des années : l'accord signé sous l'ère Obama, puis torpillé par Trump, a incité l'Iran à enrichir l'uranium au-delà des limites autorisées, justifiant ainsi la récente attaque du 28 février. L'État profond semble privilégier une voie unique — celle de la guerre — pour éviter le déclin de l'économie américaine, quel qu'en soit le prix. À vrai dire, le coût humain ne les a jamais préoccupés : Hiroshima et Nagasaki en sont la preuve. Si la guerre maintient les empires en vie, l'histoire témoigne également qu'elle marque souvent leur chute. Nous vivons une époque fascinante, cela ne fait aucun doute. Reste à savoir si nous assisterons à la chute ou à la renaissance du dernier grand empire.